Red Bull Powertrains прошла путь от идеи до побед в первом сезоне в качестве производителя силовых установок. Проекту помогли ранние инвестиции, набор опытных инженеров, завод, спроектированный под правила 2026 года, и сотрудничество с Ford и Oracle.
К моменту первого появления силовой установки Red Bull на предсезонных испытаниях в Барселоне в 2026 году у проекта уже была прочная основа. После одобрения Red Bull Powertrains в феврале 2021-го команда за 55 недель создала действующий завод в Милтон-Кинсе — до этого у компании не было ни производственных помещений, ни оборудования, а двигателями профессионально занимался только один сотрудник. К августу 2022 года Red Bull впервые запустила собственный двигатель внутреннего сгорания (ДВС).
Одним из ключевых решений стало создание проекта в условиях ограничений расходов и омологации, которые помогали новым производителям конкурировать с крупными автоконцернами. Кристиан Хорнер лично участвовал в найме специалистов, в том числе из Mercedes. Среди перешедших в Red Bull были технический директор Бен Ходжкинсон, руководитель операций по двигателям внутреннего сгорания Стив Броди, директор по инженерным вопросам Фил Прю, руководитель разработки ДВС Антон Майо и нынешний главный инженер Омид Мостагими. Масштаб амбиций и готовность Red Bull полностью поддержать проект помогли привлечь инженеров, готовых принять высокий риск.
Путь не был прямым. Honda вернулась к обсуждению участия в Формуле-1, но договориться о производстве электрических компонентов для Red Bull не удалось; позднее Honda заключила соглашение с Aston Martin. В самой Red Bull некоторые, включая Хельмута Марко, сомневались, что новый проект сможет повторить успех сотрудничества с Honda. Обсуждалось и партнёрство с Porsche: к лету 2022 года стороны наметили сделку, предусматривавшую покупку 50% Red Bull Powertrains и опцион на половину Red Bull Racing с 2026 года. Хорнер усомнился и в техническом вкладе Porsche, и в том, что управление на паритетных началах сохранит независимость команды. В сентябре 2022-го Red Bull отказалась от сделки.
После этого переговоры с Ford быстро переросли в соглашение, объявленное в феврале 2023 года. Ford помогала инженерными и производственными компетенциями: например, Red Bull испытывала конструкцию турбокомпрессора на газовых стендах партнёра, пока собственные ещё не были готовы. Oracle предоставила поддержку в хранении данных, вычислительных мощностях, CFD-моделировании и работе с искусственным интеллектом.
Новый завод с самого начала проектировали под требования 2026 года. Red Bull могла наращивать штат до примерно 600 человек, а не сокращать уже существующую структуру. Динамометрические стенды, первоначально предназначавшиеся для проекта Porsche, приобрела Red Bull. Кроме того, компания создала отдельное помещение для испытания отдельных компонентов — топливных насосов, систем подачи воды и масла, свечей зажигания. Такие проверки помогают находить проблемы до испытаний двигателя на стенде или на машине; при этом они не расходуют лимит примерно в 710 часов работы стендов, установленный для сезона 2026 года.
Важным фактором стала и культура внутри команды. Ходжкинсон стремился поощрять инициативу инженеров, понимая, что успешной оказывается лишь малая часть предложений. По его замыслу, после неудач сотрудникам нужно помогать возвращаться к работе и пробовать снова. Такая среда сочетала свободу творчества с готовностью Red Bull идти на риск.
В течение сезона команда добилась заметного прогресса, настраивая взаимодействие мощности, расхода топлива, рекуперации и отдачи энергии. Ходжкинсон называл характер ДВС капризным, поэтому его ещё предстоит лучше контролировать. Однако Red Bull уже превзошла ожидания и добилась побед в Малайзии и Сингапуре. Дальнейшие шаги будут возможны, даже если FIA не предоставит Red Bull дополнительных возможностей для обновлений из-за её статуса команды-ориентира.